ISSN (print) 1726-9806     ISSN (online) 1818-474X
№ 1 (2026), РЕСПИРАТОРНАЯ ТЕРАПИЯ
№ 1 (2026)
РЕСПИРАТОРНАЯ ТЕРАПИЯ

Предикторы отлучения при длительной искусственной вентиляции легких у пациентов в критическом состоянии: обзор литературы

Опубликовано 31.01.2026
Илья Наумович Лейдерман
ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр им. В.А. Алмазова» Минздрава России, Санкт-Петербург, Россия
https://orcid.org/0000-0001-8519-7145
А.О. Сивков
АО «МСЧ Нефтяник», Тюмень, Россия
https://orcid.org/0000-0003-3682-2789
О.Г. Сивков
БУ ХМАО-Югры «Окружной кардиологический диспансер “Центр диагностики и сердечно-сосудистой хирургии”», Сургут, Россия
https://orcid.org/0000-0002-7694-9293
Г.Д. Башлыков
АО «МСЧ Нефтяник», Тюмень, Россия
https://orcid.org/0000-0001-6871-3822
Я.В. Колосова
АО «МСЧ Нефтяник», Тюмень, Россия
https://orcid.org/0009-0006-2586-0754
2026-1
PDF_2026-1-98-117
PDF_2026-1-98-117 (Английский)

Дополнительные файлы

Review_PDF

Ключевые слова

искусственная вентиляция легких
отлучение от механической вентиляции легких
индекс быстрого поверхностного дыхания
окклюзионное давление
максимальное давление на вдохе
интегративный индекс отлучения
гидробаланс
метаболизм
фракция утолщения диафрагмы

Как цитировать

Лейдерман И.Н., Сивков А.О., Сивков О.Г., Башлыков Г.Д., Колосова Я.В. Предикторы отлучения при длительной искусственной вентиляции легких у пациентов в критическом состоянии: обзор литературы. Вестник интенсивной терапии имени А.И. Салтанова. 2026;(1):98–117. doi:10.21320/1818-474X-2026-1-98-117.
ACM ACS APA ABNT Chicago Harvard IEEE MLA Turabian Vancouver AMA ГОСТ

Скачать ссылку

Endnote/Zotero/Mendeley (RIS) BibTeX

Статистика

Просмотров аннотации: 149
PDF_2026-1-98-117 загрузок: 119
PDF_2026-1-98-117 (Английский) загрузок: 9
Review_PDF загрузок: 1
Статистика с 01.07.2024

Язык

Русский English

Чаще всего читают:

Мы в соцсетях

Аннотация

ВВЕДЕНИЕ: Увеличение количества пациентов, требующих длительной искусственной вентиляции легких (ИВЛ), сопровождается повышенным риском развития осложнений, включая вентилятор-ассоциированную пневмонию и дисфункцию диафрагмы. Своевременное определение готовности пациента к отлучению от респираторной поддержки позволяет минимизировать риски, связанные с длительной ИВЛ, однако существующие прогностические критерии требуют комплексной оценки ввиду их вариабельной диагностической значимости. ЦЕЛЬ ИССЛЕДОВАНИЯ: Анализ клинической эффективности прогностических предикторов прекращения ИВЛ. МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ: Поиск публикаций осуществлен в базе данных PubMed, eLibrary на русском и английском языках. Критерии включения: рандомизированные контролируемые исследования, метаанализы, клинические рекомендации; исключены работы с длительностью ИВЛ менее 24 ч. РЕЗУЛЬТАТЫ: Проведенный обзор показал, что индекс быстрого поверхностного дыхания (RSBI) остается наиболее изученным предиктором успешного отлучения от ИВЛ. Однако его прогностическая ценность существенно варьирует в зависимости от этиологии дыхательной недостаточности и методики проведения теста спонтанного дыхания. Параметры величины снижения давления в дыхательных путях в первые 100 мс самостоятельной дыхательной попытки пациента при окклюзии дыхательного контура (P0.1) и NIF (negative inspiratory force), отражающие дыхательные усилия пациента, показали хорошую связь с успешностью отлучения, но их интерпретация требует обязательного учета характера основного заболевания и текущих настроек респиратора. Перспективным направлением представляется использование ультразвуковых методов оценки функции диафрагмы и анализа метаболических маркеров. Клинические исследования подтверждают важность комплексной оценки состояния пациента, включающей анализ гидробаланса и данных эхокардиографии для прогнозирования возможных гемодинамических осложнений. Особое внимание следует уделять состоянию кашлевого рефлекса, который является значимым дополнительным критерием готовности к отлучению. ВЫВОДЫ: Оптимизация процесса отлучения от ИВЛ требует комплексной оценки с учетом респираторных, гемодинамических и метаболических показателей. Разработка стандартизированных алгоритмов с персонализированным подходом является приоритетным направлением дальнейших исследований.

PDF_2026-1-98-117
PDF_2026-1-98-117 (Английский)

Введение

Во всем мире отмечается рост числа пациентов в области реанимации и интенсивной терапии, нуждающихся в проведении длительной искусственной вентиляции легких (ИВЛ), поскольку данный метод является одним из важнейших способов протезирования дыхательной функции у пациентов в критическом состоянии. ИВЛ представляет собой стандартный метод респираторной поддержки у больных в критическом состоянии, направленный на поддержание адекватного газообмена и обеспечение оксигенации, позволяющий улучшить результаты лечения [1]. Несмотря на эффективность данного метода, увеличение времени механической вентиляции имеет обратную сторону медали, которая ведет к ряду опасных осложнений, таких как диафрагмальная дисфункция [2], вентилятор-ассоциированная пневмония [3], вентилятор-ассоциированное повреждение легких [4] и др. В систематическом обзоре 2022 г. были представлены предикторы, предсказывающие длительную ИВЛ, в числе которых были возраст, почечная и сердечно-сосудистая дисфункции, хронические заболевания легких, экстренное хирургическое вмешательство, расстройства кислотно-щелочного обмена, высокие баллы по шкалам оценки тяжести состояния и др. [5]. Вышеуказанные факторы ведут к задержке начала отлучения от респираторной поддержки, росту частоты летальных исходов и увеличению стоимости лечения пациента [2]. Следовательно, своевременное выявление пациентов, готовых к отлучению, позволяет снизить всевозможные риски, сопряженные с длительной инвазивной ИВЛ [6]. Стоит подчеркнуть, что важной причиной задержки отлучения может являться высокая нагрузка на врача — анестезиолога-реаниматолога, поскольку в ряде клинических ситуаций не всегда удается уделить должное внимание оценке готовности пациента к отлучению. В настоящее время существует множество предикторов отлучения от длительной ИВЛ, которые имеют различную прогностическую ценность, зависящую от множества факторов.

В нашем обзоре мы обсудим алгоритмы и предикторы отлучения ИВЛ, а также проведем анализ их прогностической эффективности.

Цель исследования

Анализ клинической эффективности прогностических предикторов прекращения ИВЛ.

Материалы и методы

Отбор предикторов для обзора проводился на основе их частого упоминания в современных международных клинических рекомендациях и научной литературе в качестве ключевых параметров, используемых при оценке готовности к отлучению от ИВЛ. Поиск публикаций проводился в базах PubMed и eLibrary. При написании обзора литературы найдено 6589 публикаций в базах PubMed с использованием ключевых слов: weaning, prolonged mechanical ventilation weaning predictors, weaning from mechanical ventilation, RSBI (ADD) weaning, P0.1 (ADD) weaning, NIF (ADD) weaning, MIP (ADD) weaning, diaphragmatic ultrasound (ADD) weaning, fluid balance (ADD) weaning, metabolism (ADD) weaning (ADD) mechanical — опубликованных с 1 января 2020 г. по 1 мая 2025 г. Также в статью вошли ключевые работы, опубликованные до 2020 г., если они содержали оригинальное описание предикторов, методов или классификаций, остающихся актуальными на сегодня. На базе eLibrary поиск производился за тот же период на русском и английском языках. Критерии включения: рандомизированные контролируемые исследования, метаанализы, клинические рекомендации, систематические обзоры литературы. Критерии невключения: исследования, не связанные с длительной ИВЛ, длительность ИВЛ менее 24 ч, описание клинических случаев.

Результаты

Респираторные предикторы

В 1991 г. Yang K.L. и Tobin M.J. провели исследование с участием 100 пациентов отделения реанимации и интенсивной терапии (ОРИТ), в котором был предложен RSBI (Rapid Shallow Breathing Index). Данный показатель косвенно отражает готовность респираторной системы пациента к отлучению от ИВЛ [7]. В течение 1 минуты авторы оценивали показатели в ходе самостоятельного дыхания пациента с помощью ручного спирометра, прикрепленного к интубационной трубке. В результате RSBI < 105 дых./мин/л предсказывал успех отлучения (УО) длительной ИВЛ, а также продемонстрировал высокую специфичность (Sp) 95 % и чувствительность (Se) 78 %. Тем не менее относительно небольшой размер выборки, на основе которого был установлен диагностический порог, ограничивает экстраполяцию полученных результатов на широкую популяцию пациентов, требующих респираторной поддержки. В настоящий момент накоплено достаточно работ, где в ходе теста спонтанного дыхания (ТСД) используется RSBI в качестве дополнительного ориентира готовности к отлучению. Хотя имеются сообщения о том, что RSBI обладает низкой прогностической ценностью, большинство авторов сходится во мнении, что RSBI является полезным показателем в отношении отлучения [8]. Стоит отметить, что значения RSBI могут варьировать в зависимости от настроек аппарата ИВЛ [9, 10]. Режим вентиляции, а также длительность проведения ТСД и этиология заболевания могут существенно влиять на вариабельность показателя RSBI. В исследовании Cousin E. et al. оценивали величины RSBI и данные капнографии (PetCO2) в ходе 30-минутного ТСД c помощью Т-образной трубки и с интервалом в 5 мин в гетерогенной группе пациентов. Авторы пришли к заключению, что RSBI < 105 дых./мин/л, измеренный на 30-й минуте, является наилучшим предиктором УО c Se 80 % и Sp 80 % [11]. В другом похожем исследовании 2010 г. измеряли RSBI каждые 30 мин в течение 2-часового ТСД через Т-образную трубку. В результате прирост RSBI более чем на 20 % предсказывал неуспех отлучения (НУО) (Se 88,8 %, Sp 88,8 %) [12]. В своем исследовании Bo Zhang et al. определяли пороговые значения RSBI для 208 пациентов, проходивших 30-минутный ТСД с помощью Т-образной трубки и поддержкой давлением (PSV). Группа PSV c УО от ИВЛ составила 83,87 %, тогда как в группе с использованием Т-образной трубки — 78,26 %. Для пациентов с PSV было определено пороговое значение RSBI, равное 75 дых./мин/л с площадью под кривой (AUC) 0,747 ± 0,045, для группы с использованием Т-образной трубки RSBI составил 100 дых./мин/л; AUC 0,821 ± 0,049. В своем заключении авторы сделали вывод о том, что RSBI является полезным инструментом для отлучения как в одном, так и в другом случае [13]. Fadaii A. et al. в своей работе 2012 г. исследовали прогностическую значимость пациентов, отвечающих критериям отлучения при RSBI < 105 дых./мин/л. Последующий RSBI измеряли в ходе 2-часового ТСД с параметрами вентиляции (Constant Positive Airway Pressure — CPAP) 0 см вод. ст. и PSV 0 см вод. ст. Исследованием показано, что пациенты с RSBI ≤ 80 дых./мин/л предсказывают УО с чувствительностью 92,25 % и специфичностью 73,7 % [14]. Схожий дизайн исследования выполнен в работе Goharani R. et al., в котором приняли участие пациенты с хронической обструктивной болезнью легких (ХОБЛ). RSBI регистрировали после 120-й минуты ТСД на ИВЛ с параметрами вентиляции CPAP 0 см вод. ст. и PSV 0 см вод. ст. Авторами был определен порог RSBI ≤ 85 дых./мин/л, который показал наилучшие результаты у данной категории пациентов (AUC 0,91; Se 95,6 %; Sp 90,4 %) [15]. Особое внимание заслуживают пациенты с длительным отлучением. В своем ретроспективном исследовании 2020 г. Leonov Y. et al. исследовали пациентов, находящихся на ИВЛ более 21 дня. Критерием УО был недельный временной интервал. По итогам проведенной многофакторной логистической регрессии RSBI был признан независимым предиктором УО (отношение шансов [ОШ] 0,83; 95%-й доверительный интервал [95% ДИ] 0,69–0,99; р = 0,046) [16].

Бесспорно, в совокупности с другими параметрами RSBI является важным показателем, позволяющим прогнозировать УО при длительной ИВЛ. Однако изолированная интерпретация данного показателя может носить ошибочный23 характер, так как RSBI во многом зависит от настроек аппарата ИВЛ, конкретной группы заболеваний, длительности и методики ТСД.

Р0.1 — величина снижения давления в дыхательных путях в первые 100 мс самостоятельной дыхательной попытки пациента при окклюзии дыхательного контура [17]. Стоит подчеркнуть, что у пациентов с рестриктивной и обструктивной патологией легких данный показатель может иметь завышенные значения, так как пациент прикладывает дополнительные усилия для вдоха, соответственно, тем самым увеличивая работу дыхания [18].

На сегодня показатель Р0.1 демонстрирует различные прогностические значения в ряде исследований. Так, в недавно проведенной работе с участием 56 пациентов оценивали прогностическую ценность Р0.1 в сочетании с фракцией утолщения парастернальных межреберных мышц с помощью ультразвукового сканирования. ТСД проводили в течение 30 мин с минимальной поддержкой давлением. Была получена статистически значимая разница Р0.1 между пациентами с УО и НУО (1,6 vs 4,2 см вод. ст.; р = 0,001). AUC точности прогнозирования Р0.1 в качестве предиктора НУО составила 0,792 (95% ДИ 0,641–0,944; р = 0,002; Se 69,23 %; Sp 90,7 %), при разделительном значении ≥ 3,9 см вод. ст. [19]. В метаанализе 2021 г., куда были включены 12 проспективных исследований с участием 1089 пациентов, изучалась прогностическая способность Р0.1 в качестве предиктора отлучения. Суммарная точность AUC-исследований показателя Р0.1 в качестве предиктора отлучения составила 0,81 (95% ДИ 0,77–0,84; Se 86 %; Sp 58 %) [20].

Таким образом, показатель Р0.1 является перспективным предиктором отлучения, демонстрирует очень хорошую точность прогнозирования (AUC 0,81). Однако его специфичность может быть умеренной, а интерпретация требует учитывать тип патологии легких, так как значения могут быть завышены при измерении у пациентов с рестриктивными и обструктивными нарушениями.

Negative inspiratory force (NIF), или максимальное давление на вдохе, служит в качестве оценки силы дыхательных мышц, а также является критерием готовности пациента к переходу на самостоятельное дыхание при значении ≤ –20 мбар [21]. По аналогии с остальными показателями NIF имеет свою вариативность в зависимости от нозологии. В исследовании Bien Udos S. et al. проводили поиск наиболее значимого предиктора отлучения, в которое включены 195 пациентов на длительной ИВЛ. Была получена статистически значимая разница между группами УО и НУО. Средние показатели NIF в группе УО составили –59,29 ± 13,17, в группе НУО — –28,69 ± 11,05 (р < 0,05). При определении наилучшего предиктора отлучения показатель NIF показал более высокую прогностическую способность, чем RSBI, как в общей, так и в хирургической и терапевтической группах [22]. Тот же результат показан в исследовании Vu P.H. et al., где проводили NIF за 5 мин перед началом ТСД. Среднее значение NIF в группе УО составило –26 см вод. ст., тогда как в группе НУО — –24 см вод. ст. Оптимальным значением NIF для УО было значение менее 25 см вод. ст. (AUC 0,836; Se 91 % и Sp 62 %) [23]. В систематическом обзоре и метаанализе Torrini F. et al. изучалась прогностическая ценность различных параметров, включая NIF для оценки успешности отлучения от ИВЛ у пациентов в критическом состоянии. В результате NIF был независимым фактором НУО (ОШ 0,74; 95% ДИ 0,24–1,24) [24].

Показатель NIF является значимым предиктором отлучения от ИВЛ, демонстрирует статистически значимые различия между группами с успешным и неуспешным исходом. Его прогностическая способность (AUC 0,836) зачастую превосходит другие параметры, такие как RSBI, в различных клинических группах. Однако оптимальный пороговый уровень может варьировать, а специфичность показателя остается умеренной.

ТСД входит в стандартный алгоритм отлучения от ИВЛ у пациентов с острым респираторным дистресс-синдромом [1]. Тест представляет собой отключение от респиратора либо с присоединением Т-образной трубки, либо применение PSV c установкой респираторной поддержки 5–8 мбар и положительным давлением в конце выдоха, равным 5 мбар. Время для успешного ТСД принято считать по истечении 30 или 120 мин [25]. Исследованиями показано, что этого времени достаточно, и частота реинтубаций составляет всего 13 % [7]. В 2011 г. Gnanapandithan K. et al. проводили исследование, посвященное поиску предикторов отлучения в зависимости от метода отлучения [26]. Первую группу составили пациенты с постепенным снижением респираторной поддержки на 2 см вод. ст. каждые 6 ч до уровня 7 см вод. ст., тогда как вторую группу составили пациенты с ежедневным проведением ТСД в течение 60 мин с поддержкой по давлению 7 см вод. ст. В результате метод постепенного снижения сокращал длительность пребывания в ОРИТ и ассоциировался с более высоким успехом отлучения (ОШ 4,83; 95% ДИ 1,59–14,7; р < 0,01). На сегодня существуют безопасные алгоритмы ТСД, которые встроены в современные аппараты ИВЛ с возможностью установки частоты его проведения. Cогласно проведенному метаанализу 2021 г., куда был включен 4241 пациент на длительной ИВЛ, проводили прогностическую оценку УО 4 методов отлучения: перевод на Т-образную трубку, PSV, CPAP, а также автоматическая компенсация эндотрахеальной трубки [27]. В результате автоматическая компенсация эндотрахеальной трубки показала наилучшую прогностическую способность, нежели метод с Т-образной трубкой (ОШ 0,28; 95% ДИ 0,13–0,64) и PSV (ОШ 0,53; 95% ДИ 0,32–0,88).

Другой важный вопрос — выбор стандартной или автоматизированной методики ТСД и его влияния на УО. В Кокрейновском метаанализе 2014 г. сравнивали время от момента рандомизации до экстубации трахеи при использовании стандартной и автоматизированной методик отлучения, куда вошло 654 пациента в критическом состоянии на длительной ИВЛ. Авторы пришли к выводу, что автоматизированная методика ТСД сокращала время отлучения

при длительной ИВЛ (средняя разница –2,68 дня; 95% ДИ  –3,99 … –1,37; р < 0,001), время до успешной экстубации (средняя разница –0,99 дня; 95% ДИ –1,8 … –0,09; р = 0,03), продолжительность пребывания в ОРИТ (средняя разница 5,7 дня; 95% ДИ –10,54 … –0,85; р = 0,02), а также общее время ИВЛ (средняя разница –1,68 дня; 95% ДИ –3,33 … –0,03; р = 0,05) [28]. ТСД является далеко не самым эффективным методом отлучения для пациентов с ХОБЛ или хронической гиперкапнией, что требует более комплексного подхода к отлучению у данной категории пациентов. Исследования показали, что отсутствует разница в частоте реинтубаций и 28-дневной выживаемости у пациентов ОРИТ с ХОБЛ, которым проводили ТСД или не использовали данный метод [29].

ТСД является «золотым стандартом» отлучения от ИВЛ, при этом автоматизированные протоколы с использованием современных респираторов демонстрируют преимущество, сокращая длительность отлучения, ИВЛ и пребывания в ОРИТ. Однако эффективность ТСД варьирует в зависимости от популяции пациентов и метода проведения, являясь менее оптимальным для больных с ХОБЛ, где требуются более комплексные подходы.

Индекс оксигенации (ИО) представляет собой отношение парциального давления кислорода (РаО2) в артериальной крови к вдыхаемой фракции кислорода (FiO2), физический смысл которого заключается в оценке эффективности газообмена в легких. Стоить отметить, что данный показатель служит одним из ключевых маркеров тяжести острого респираторного дистресс-синдрома (ОРДС), а также является одним из критериев готовности пациента к переходу на самостоятельное дыхание [1]. Рядом исследований показано, что более низкие показатели ИО были связаны с увеличением летальности и продолжительности лечения в стационаре у пациентов с ОРДС [30]. Wu Y.K. et al. в 2009 г. провели работу по поиску предикторов НУО. При проведении однофакторной логистической регреcсии значения ИО были тесно связаны с НУО (ОШ 0,99; 95% ДИ 0,997–1; р = 0,036) [31]. В другом исследовании 2011 г. была получена значимая разница ИО в группах УО и НУО. Среднее значение в группе НУО было ниже 300 мм рт. ст. [32]. Тем не менее в работе Nemer S.N. et al. ИО показал наименьшую прогностическую способность среди таких показателей, как Р0.1, дыхательный объем (Vt), частота дыхательных движений (ЧДД) и RSBI [33].

ИО является важным показателем для оценки тяжести ОРДС и готовности к отлучению от ИВЛ, однако его прогностическая ценность в качестве самостоятельного предиктора УО ограничена. Таким образом, ИО следует рассматривать лишь в комплексе с другими клиническими и инструментальными данными для принятия решения об отлучении от респираторной поддержки.

Yang K.L. et al. в 1991 г. предложили рассчитывать индекс CROP (Compliance, Rate, Oxygenation, Pressure) в качестве ориентира для оценки готовности к отлучению пациентов, зависимых от респираторной поддержки. В оригинальной статье CROP ≥ 13 предсказывал УО с AUC 0,78, чувствительностью 81 % и специфичностью 57 % соответственно. Данный показатель рассчитывается по формуле [7]:

Cdyn × PImax × (PaO2 / PAO2) / f,

где Сdyn — комплаенс легких динамический (мл/см вод. ст.); PImax — максимальное инспираторное давление в дыхательных путях (см вод. ст.); РаО2 — парциальное давление крови (мм рт. ст.); РАО2 — альвеолярное парциальное давление кислорода (мм рт. ст.); f — частота дыханий в 1 мин.

Integrative index weaning (IWI) впервые опубликован в 2009 г., рассчитан на выборке из 331 пациента на инвазивной ИВЛ более 24 ч. В ходе исследования IWI ≥ 25 мл/см вод. ст. предсказывал УО с AUC 0,96, чувствительностью 97 % и специфичностью 94 %. Формула расчета IWI представлена ниже [33]:

IWI = Cst, rs × SaO2 / RSBI,

где Cst, rs — статический комплаенс дыхательной системы (мл/см вод. ст.); SaO2 — сатурация кислорода в артериальной крови (%); RSBI (дых./мин/л) — f (частота дыханий в 1 мин)/Vt (дыхательный объем в литрах).

Одним из ограничений IWI является измерение статического комплаенса, что подразумевает под собой отсутствие спонтанных дыхательных усилий пациента. Этот важный нюанс может ограничивать его применение в реальных клинических ситуациях.

В 2011 г. был предложен другой индекс — CORE (Compliance, Oxygenation, Respiratory Effort), разработанный в качестве прогноза успеха прохождения ТСД, рассчитывается по формуле [34]:

Cdyn × (PImax / P0.1) × (PaO2 / PAO2)] / f,

где Сdyn — комплаенс легких динамический (мл/см вод. ст.); PImax — максимальное инспираторное давление в дыхательных путях (см вод. ст.); Р0.1 — давление в дыхательных путях в первые 100 мс самостоятельной дыхательной попытки пациента при окклюзии дыхательного контура (см вод. ст.); РаО2 — парциальное давление крови (мм рт. ст.); РАО2 — альвеолярное парциальное давление кислорода (мм рт. ст.); f — частота дыханий в 1 мин.

В оригинальной статье, куда были включены 47 пациентов, авторы показали, что индекс CORE (AUC 100; 95% ДИ 0,92–1,00; Se 100 %; Sp 95 %) при разделительном значении > 8 мл/см вод. ст. × мин для успеха прохождения ТСД оказался наиболее эффективным показателем при сравнении с CROP, P0.1 и RSBI.

Интегративные индексы CROP, IWI и CORE, объединяющие ключевые респираторные параметры, демонстрируют высокую прогностическую точность в оценке готовности к отлучению от ИВЛ, превосходя по своим характеристикам изолированные показатели. На сегодня существует ограниченное количество крупных валидационных исследований, подтверждающих их эффективность в гетерогенных популяциях пациентов. Имеющиеся данные основаны на небольших выборках, что не позволяет сделать окончательные выводы об их универсальной применимости в клинической практике. Таким образом, для внедрения этих показателей в рутинные протоколы отлучения от ИВЛ необходимы дальнейшие масштабные многоцентровые исследования.

Оценка силы кашля у пациентов ОРИТ также может помочь предсказать УО или НУО [35]. Кроме того, недостаточная сила кашля, по-видимому, коррелирует со смертностью [36]. Именно поэтому оценка силы кашля у интубированных пациентов может являться инструментом, который должен быть включен в алгоритмы отлучения при длительной ИВЛ. На сегодня существует объективный метод оценки силы кашлевого рефлекса — пиковая скорость выдоха при кашле (Cough Peak Flow — CPF) [37]. В исследовании Hong Y. et al. изучалась связь между силой кашля и успешностью отлучения длительной ИВЛ у пациентов с ХОБЛ [36]. Значение PCF ≤ 60 л/мин ассоциировались с высокой частотой реинтубации в течение 72 ч, снижением двухлетней выживаемости (отношение рисков [ОР] 3,14; 95% ДИ 1,77–5,59). В другом многоцентровом проспективном исследовании 2021 г. показатель CPF ассоциировался с УО [38].

Оценка силы кашля посредством измерения пиковой скорости выдоха демонстрирует значимую прогностическую ценность в отношении успешного отлучения от респираторной поддержки, что подчеркивает целесообразность ее интеграции в стандартизированные алгоритмы отлучения от ИВЛ.

Другой немаловажный вопрос — выбор тактики респираторной поддержки после прекращения инвазивной ИВЛ. Существует 3 наиболее распространенных варианта респираторной поддержки — стандартная и высокопоточная оксигенотерапия (ВПО), а также PSV. В многоцентровом исследовании 2019 г. сравнивались два метода респираторной поддержки после экстубации — ВПО или комбинация ВПО с неинвазивной ИВЛ. В результате комбинация респираторной поддержки снижала частоту реинтубации на 7-е сутки (средняя разница –6,4 %; 95% ДИ –12 … –0,9; р = 0,02) и до выписки из ОРИТ (12 vs 20 %; р = 0,009) [39]. В рандомизированном контролируемом исследовании 2023 г. проводили сравнение двух методик отлучения. В первую группу вошли пациенты, которым не проводился ТСД, но при последующей экстубации им проводили ВПО. Вторую группу составили пациенты, которым применяли ТСД с последующей экстубацией при успехе его проведения. Исследование показало, что использование ВПО привело к значительному сокращению общей продолжительности ИВЛ (74,17 ± 32,78 vs 95,23 ± 38,28 ч; p = 0,026) и времени пребывания в ОРИТ (97,87 ± 34,99 vs 125,33 ± 56,27 ч; p = 0,027) по сравнению с традиционным методом через проведение ТСД, хотя частота НУО (6,7 vs 10,0 %; p = 0,64) и случаев госпитальной пневмонии (0 vs 10 %; p = 0,7) статистически не различалась [40]. В своей работе Корякин А.Г. и соавт. проводили сравнение двух методик отлучения у пациентов-канюленосителей с паренхиматозной дыхательной недостаточностью. Группу А составили пациенты, которым в качестве респираторной поддержки после прекращения механической вентиляции использовали стандартную (низкопоточную) оксигенотерапию, тогда как в группе Б — ВПО с потоком 50–60 л/мин. В результате исследования авторы пришли к заключению, что использование ВПО на этапе отлучения от респиратора по сравнению с низкопоточной оксигенотерапией (НПО) значимо улучшает оксигенацию (PaO₂/FiO₂), снижает частоту дыхания, сокращает длительность отлучения от ИВЛ (4 vs 7,5 сут; p < 0,001) и частоту развития нозокомиальной пневмонии (20 vs 52 %; p < 0,05). При этом применение ВПО позволило уменьшить продолжительность лечения в ОРИТ и стационаре, хотя показатели летальности между группами существенно не различались [41].

Выбор стратегии респираторной поддержки после окончания механической вентиляции существенно влияет на клинические исходы: комбинация неинвазивной ИВЛ с ВПО поможет в значительной степени снизить частоту неудач отлучения от респиратора.

Клинико-лабораторные предикторы

Нутритивная недостаточность (НН) служит еще одним дополнительным фактором риска неудачного отлучения от ИВЛ, поскольку ведет к снижению активности и истощению дыхательных мышц [42, 43]. К клинико-лабораторным маркерам НН относятся такие показатели, как общий белок, альбумин, трансферрин, преальбумин сыворотки крови и абсолютное количество лимфоцитов периферической крови. В ретроспективном исследовании 2016 г. проанализировали маркеры НН у пациентов, проходивших процедуру отлучения. В результате исследования не было получено статистически значимой разницы в группах с УО и НУО по уровням альбумина и преальбумина, тогда как при проведении логистической регрессии общий белок (ОШ 2,55; 95% ДИ 1,08–6,00; р = 0,03) и гемоглобин (ОШ 1,43; 95% ДИ 1,01–2,03; р = 0,04) оказались статистически значимыми предикторами УО [44]. Имеются сообщения о том, что исходно низкий уровень альбумина сыворотки крови все же может являться фактором риска НУО и повторной интубации [45]. В 2023 г. проведено исследование с участием 90 пациентов с ОРДС на фоне COVID-19, целью которого было определить предикторы УО и 28-дневной выживаемости. При проведении однофакторной логистической регрессии уровень альбумина (ОШ 1,85; 95% ДИ 1,042–3,285; р = 0,036) и абсолютное количество лимфоцитов (ОШ 1,755; 95% ДИ 1,034–2,979; р = 0,037) являлись предикторами УО. При дальнейшем многофакторном анализе было выявлено, что абсолютное количество лимфоцитов периферической крови (ОШ 3,025; 95% ДИ 1,322–6,923; р = 0,009) являлось наиболее значимым фактором УО [4].

Повышенные уровни азота мочевины крови (АМК) могут свидетельствовать о нарушении почечной функции, а также служить признаком повышенного катаболизма белка [31]. Ряд исследований подтверждает гипотезу о том, что более низкий уровень АМК коррелирует с УО [31, 46]. Помимо оценки тяжести сердечной недостаточности, мозговой натрийуретический пептид (МНП) и его предшественник N-терминальный пропептид способны служить маркерами отлучения от ИВЛ [47, 48]. Гемодинамические изменения при провале ТСД связаны в первую очередь с диастолической дисфункцией левого желудочка (ЛЖ), при этом уровень МНП имел прямую зависимость от роста нагрузки на левые отделы сердца [49]. Согласно недавно проведенному метаанализу 2021 г., МНП показал отличное качество прогнозирования возможности отлучения (AUC 0,951; Se 89 %; Sp 82 %) [50].

Таким образом, клинико-лабораторные маркеры обладают значимым прогностическим потенциалом в оценке готовности к отлучению от ИВЛ. Низкие уровни альбумина, общего белка, абсолютного количества лимфоцитов, а также повышенные концентрации АМК и МНП ассоциированы с повышенным риском НУО, отражают влияние катаболизма, воспаления и сердечной недостаточности на резервы дыхательной системы. Однако результаты исследований остаются противоречивыми, что подчеркивает необходимость комплексной оценки этих параметров в сочетании с традиционными респираторными показателями для повышения точности прогнозирования.

Ультразвуковые предикторы

При отлучении от ИВЛ переход от положительного давления в дыхательных путях к спонтанному дыханию сопровождается резким увеличением венозного возврата к сердцу и повышением нагрузки на ЛЖ [51]. У пациентов с диастолической дисфункцией ЛЖ переход на спонтанное дыхание может вызвать значительное увеличение давления быстрого наполнения, что приведет к развитию отека легких [52]. При изучении правых отделов сердца исследованиями показано, что среднее давление заклинивания в легочной артерии (ДЗЛА) было значительно выше у пациентов с развитием отека легких (от 8 ± 5 до 25 ± 13 мм рт. ст.) по сравнению с теми, кто успешно прошел ТСД (от 10 ± 2 до 14 ± 3 мм рт. ст.) [53, 54]. Группой риска по прогнозируемому отеку легких являются пациенты с ХОБЛ (ОШ 8,7; 95% ДИ 2,0–37,3), сердечно-сосудистыми заболеваниями (ОШ 4,5; 95% ДИ 1,4–14,1) и ожирением (ОШ 3,6; 95% ДИ 1,2–12,6) [55]. В исследовании 2020 г. проводили эхокардиографию (Эхо-КГ) в ходе ТСД с целью поиска предикторов высокого риска отека легких. В результате группу риска составляли пациенты с положительным гидробалансом и повышенным давлением наполнения ЛЖ [51]. В работе Caille V. et al. у 117 пациентов проводили первую попытку ТСД, сопровождая исследование гемодинамическим мониторингом и Эхо-КГ. Группа пациентов, которые не смогли пройти ТСД, показала более низкую медиану фракции выброса (36 vs 51 %; р = 0,04), а также более высокую медиану отношения E/E’ (см/с), отражающие диастолическую дисфункцию ЛЖ (7 vs 5,6; р = 0,04) [56]. Аналогичные результаты были получены в работе Ait-Oufella H. et al., где диагностировали повышенное отношение максимальной скорости раннего к позднему наполнению желудочка (Е/А) в подгруппе пациентов с систолической дисфункцией при проведении ТСД [57]. В работе 2011 г. на основании митральной допплерографии авторы убедительно показали, что частота НУО была значительно выше у пациентов с диастолической дисфункцией ЛЖ 2–3-й степени [32]. Moschietto S. et al. выполняли Эхо-КГ непосредственно перед проведением и через 10 мин ТСД. В итоге получены пороговые значения показателя соотношения скорости раннего диастолического наполнения к скорости движения митрального кольца (Е/Еа), соответствующие более 14,5 см/с, это и было предиктором НУО (Se 75 %, Sp 95,8 %) [58].

В результате можно сделать заключение о том, что в ходе отлучения от ИВЛ врачу необходимо акцентировать внимание на тяжести поражения сердечно-сосудистой системы.

С учетом того, что одной из причин НУО является диафрагмальная дисфункция, важным представляется ультразвуковое исследование диафрагмы [59]. Проведенный в 2023 г. метаанализ с участием 1204 пациентов на длительной ИВЛ показал, что ультразвуковой способ является перспективным методом диагностики готовности к отлучению. В данном исследовании особое внимание уделено двум ультразвуковым параметрам функциональной оценки диафрагмы, это ее толщина (ТД) (Diaphragmatic Thickening Fraction) и экскурсия (ЭД) (Diaphragmatic Excursion). ТД измеряли на уровне зоны аппозиции вдох-выдох и рассчитывали следующим образом:

ТД = Толщина на вдохе – Толщина на выдохе / Толщина на выдохе × 100 %.

По данным анализа, ТД ≥ 30 % ассоциировалась с УО (AUC 0,85–0,92; Se 78–92 %; Sp 75–88 %). ЭД измеряли как расстояние от базовой линии (выдох) до пика (вдох) в М-режиме через подреберный доступ. При измерении ЭД свыше 10–14 мм вероятность УО была выше (AUC 0,8; Se 82–90 %; Sp 70–84 %). Авторы заключили, что совместное применение двух методов (ТД + ЭД) приводит к улучшению прогностической значимости (AUC 0,92–0,94; Se 85–94 %; Sp 81–89 %) [2].

Ультразвуковая оценка функции диафрагмы демонстрирует высокую прогностическую точность в определении готовности к отлучению от ИВЛ. Комбинированное использование этих параметров значительно повышает диагностическую ценность метода (AUC 0,92–0,94), что позволяет рекомендовать его интеграцию в клинические алгоритмы принятия решений.

Суррогатные предикторы

Шкала APACHE II (Acute Physiology and Chronic Health Evaluation II) является клинически проверенным и универсальным инструментом для определения риска летального исхода в ОРИТ [60, 61]. Кроме того, высокие баллы по данной шкале могут служить ориентиром предполагаемого трудного отлучения от ИВЛ [62]. Работа McConville J.F. et al., выполненная в 2012 г., показала, что балл по шкале APACHE II более 12 является предиктором неудачного отлучения [63]. Тем не менее группа исследователей из Германии показала обратное. В своем исследовании с участием 130 пациентов авторы показали, что шкала APACHE II была не способна предсказать УО (AUC 0,534; 95% ДИ 0,439–0,628; р = 0,65) [64].

Другая шкала, отражающая степень органной дисфункции — SOFA (The Sequential Organ Failure Assessment), и ее ежедневная последовательная оценка может предсказывать УО [65]. В уже упомянутом исследовании Gnanapandithan K. et al., где оценивались два метода отлучения от ИВЛ, использовали оценку SOFA при поступлении в ОРИТ и разницу между оценкой SOFA при поступлении и максимальной оценкой SOFA во время пребывания в ОРИТ. В результате более низкий балл по SOFA при поступлении являлся независимым предиктором УО [26].

Шкалы APACHE II и SOFA обладают ограниченной прогностической ценностью для предсказания успешного отлучения от ИВЛ, демонстрируя противоречивые результаты в различных исследованиях. Хотя более низкие баллы SOFA при поступлении могут ассоциироваться с УО. Применение вышеуказанных шкал в качестве самостоятельных предикторов отлучения остается сомнительным.

Одним из перспективных направлений прогнозирования неудачного отлучения может быть оценка некоторых метаболических показателей [66]. В проспективном исследовании 2015 г. сравнивали два метода ТСД: режим PSV с автоматической компенсацией трубки или без нее с одновременным проведением непрямой калориметрии с целью изучения метаболических изменений в ходе теста. В результате не было получено различий между группами ни по показателям успешности отлучения, ни по потреблению кислорода (VO2) и энергопотребности [67]. В другом российском исследовании отсутствие изменений реальной энергопотребности на этапах снижения респираторной поддержки являлось предиктором успешного прохождения ТСД [68].

Существующие исследования демонстрируют противоречивые результаты относительно их клинической значимости, что требует продолжения работы в данном направлении.

Увеличение содержания внесосудистой жидкости в легких при ОРДС сопровождается ухудшением газообмена и является предиктором неблагоприятного исхода заболевания у пациентов в критическом состоянии [69]. В работе 2005 г. пациенты с отрицательным в первые 24 ч (ОШ 2,9; 95% ДИ 1,1–7,6) и общим (ОШ 3,4; 95% ДИ 1,7–8,7) гидробалансом имели большие шансы на УО, тем не менее имеются противоречивые результаты, где гидробаланс не влиял на УО [70]. В недавнем исследовании 2021 г. оценивалась связь отлучения с гидробалансом за 48 ч до экстубации и после нее. В результате пациенты с отрицательным гидробалансом более 1 л в первые 48 ч после экстубации имели более низкую частоту НУО (ОШ 4,52; 95% ДИ 1,165–17,59) [71].

Заключение

Проведенный обзор подтверждает, что процесс отлучения от длительной ИВЛ требует комплексного и персонализированного подхода. Ни один из предикторов не обладает абсолютной прогностической ценностью, а их диагностическая значимость варьирует в зависимости от этиологии дыхательной недостаточности, сопутствующей патологии и применяемой методики отлучения (см. табл. 1). На основании полученных данных можно сформулировать рекомендации по выбору предикторов для различных групп пациентов.

Для общей популяции пациентов ОРИТ целесообразно использовать показатели:

  • RSBI — имеет большую роль в качестве первоначального скрининга верификации готовности к отлучению, тем не менее стандартный порог ≤ 105 дых./мин/л должен интерпретироваться с осторожностью, так как при использовании режимов поддержки давлением порог RSBI может снижаться, по данным исследований, до 75–85 дых./мин/л.
  • NIF и Р0.1 — рекомендуется их использование в комбинации для оценки силы дыхательных мышц, особенно при условии неоднозначных результатов RSBI.
  • Мониторинг нутритивного статуса, в частности, скрининг сывороточного альбумина, общего белка и абсолютного.
  • Комбинация оценки DTF ≥ 30 % и DE ≥ 10–14 мм, демонстрирующей высокую диагностическую точность (AUC 0,92–0,94) в прогнозировании УО, что позволяет рекомендовать данный ультразвуковой комплекс в качестве высокоинформативного неинвазивного метода «прикроватного» мониторинга.

У пациентов с кардиальной дисфункцией целесообразно рекомендовать:

  • Проведение эхокардиографического исследования как до, так и во время проведения ТСД для оценки функции и давления наполнения ЛЖ (отношение E/E’).
  • Мониторинг МНП, повышенный уровень которого ассоциирован с риском кардиальной дисфункции при отлучении.
  • Поддержание отрицательного гидробаланса к периоду отлучения.
  • Комбинация респираторной поддержки после инвазивной вентиляции — неинвазивной вентиляции легких и ВПО.

Для пациентов с хронической гиперкапнией (ХОБЛ):

  • Показатель RSBI сохраняет прогностическую силу у данной категории пациентов УО при значении ≤ 85 дых./мин/л.
  • Следует акцентировать внимание на показатель CPF. Значение CPF < 60 л/мин является предиктором высокого риска НУО.
  • Стандартные методы ТСД могут быть менее эффективны для оценки способности пациента к самостоятельному дыханию. В качестве альтернативы отлучения рассмотреть комбинацию респираторной поддержки — неинвазивной вентиляции легких и ВПО.

Таким образом, оптимизация процесса отлучения должна основываться на многофакторной оценке, включающей респираторные, гемодинамические, метаболические и ультразвуковые параметры. Перспективным направлением является разработка и валидация стандартизированных алгоритмов, которые смогут персонализировать подход к отлучению, что в конечном итоге позволит сократить время ИВЛ, снизить частоту осложнений и улучшить клинические исходы лечения.

Автор, год Количество пациентов (n) Тип пациентов Тип исследования Методология измерения Предмет исследования Временной критерий успеха отлучения Результат
Rapid Shallow Breathing Index (RSBI)
Yang K.L. et al., 1991 [7] 100 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Проспективное когортное Измерение RSBI с помощью спирометра в течение 1 мин самостоятельного дыхания через Т-образную трубку Определение порогового значения RSBI 24 ч после экстубации RSBI ≤ 105 дых./мин/л/с прогнозирует УО (AUC 0,82; Se 97 %; Sp 64 %)
Segal L.N. et al., 2010 [12] 89 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Проспективное обсервационное Измерение RSBI с помощью спирометра каждые 30 мин в течение 2 ч через Т-образную трубку Прогностическая оценка динамического измерения RSBI в ходе ТСД 24 ч после экстубации Увеличение RSBI более чем 20 % в ходе двухчасового ТСД предсказывал НУО (AUC 0,93; Se 88,8 %; Sp 88,8 %); для 30-минутного ТСД увеличение RSBI более чем на 5 % предсказывает НУО (AUC 0,83; Se 83 %; Sp 78 %)
Fadaii A. et al., 2012 [14] 70 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Поперечное одноцентровое Измерение RSBI с помощь ИВЛ без поддержки давлением в течение 1 мин в ходе двухчасового ТСД через Т-образную трубку Исследование прогностической значимости RSBI < 105 дых./мин/л как предиктора УО 48 ч после экстубации RSBI ≤ 80 дых./мин/л лучше предсказывал УО (Se 92,25 %; Sp 73,7 %), чем RSBI < 105 дых./мин (Se 77,8 %; Sp 71,4 %)
Zhang B. et al., 2014 [13] 208 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Рандомизированное контролируемое Измерение RSBI на 3-й и 30-й минуте ТСД с помощью аппарата ИВЛ. Для группы с Т-образной трубкой регистрацию RSBI проводили через аппарат ИВЛ без поддержки давлением Сравнение пороговых значений RSBI в режиме PSV и T-образной трубки в ходе ТСД 48 ч после экстубации RSBI < 75 дых./мин/л, измеренный для PSV (AUC 0,85; Se 85 %; Sp 68 %), и RSBI для Т-образной трубки < 100 дых./мин/л (AUC 0,82; Se 83 %; Sp 78 %) предсказывали УО
Cousin E. et al., 2018 [11] 15 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Поперечное Измерение RSBI с помощью датчика капнографии на 1-й и 30-й минуте ТСД через Т-образную трубку Сравнение прогностической ценности RSBI и показателей капнографии в ходе ТСД 48 ч после экстубации RSBI < 105 дых./мин/л, измеренный на 30-й минуте, более точно предсказывает УО (Se 80 %; Sp 80 %)
Goharani R. et al., 2019 [15] 90 Пациенты с ХОБЛ на ИВЛ более 24 ч Проспективное обсервационное многоцентровое Измерение RSBI после прохождения 120-минутного ТСД через ИВЛ без поддержки давлением в течение 1 мин Определение порогового значения RSBI как предиктора УО у пациентов с ХОБЛ 48 ч после экстубации RSBI ≤ 85 дых./мин/л был наилучшим предиктором УО (AUC 0,91; Se 95,6 %; Sp 90,4 %)
Leonov Y. et al., 2020 [16] 150 Гетерогенная группа пациентов с трахеостомой на ИВЛ более 21 дня Ретроспективное Измерение RSBI в ходе 20-минутного ТСД с помощью ИВЛ без поддержки давлением Определение предикторов УО у пациентов с длительной ИВЛ (более 21 дня) 7 дней после отлучения В результате многофакторной логистической регрессии показатель RSBI (ОШ 0,83; 95% ДИ 0,69–0,99; р = 0,046) был независимым предиктором УО
Trivedi V. et al., 2021 [8] 10946 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Метаанализ (исследования 1991–2019 гг.) Измерение RSBI как с помощью ИВЛ, так и с помощью Т-образной трубки (до, после и во время проведения ТСД) Определение суммарной прогностической пользы показателя RSBI в качестве предиктора УО 48 ч после экстубации Показатель RSBI показал умеренную точность в отношении УО (Se 83 %; Sp 58 %)
Снижение давления в дыхательных путях в первые 100 мс самостоятельной дыхательной попытки пациента при окклюзии дыхательного контура (P0.1)
Sato R. et al., 2021 [20] 1089 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Метаанализ (исследования 1987–2017 гг.) Измерение Р0.1 как с помощью ИВЛ, так и с помощью Т-образной трубки (до, после и во время проведения ТСД) Определение суммарной прогностической пользы показателя Р0.1 в качестве предиктора УО 24–48 ч после экстубации Показатель Р0.1 является надежным предиктором УО (AUC 0,81; Se 86 %; Sp 58 %)
He G. et al., 2023 [19] 56 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Проспективное обсервационное одноцентровое Регистрация Р0.1 после прохождения 30-минутного ТСД с помощью ИВЛ в режиме PSV Изучение сочетания ультразвукового исследования парастернальных межреберных мышц с показателем Р0.1 в качестве предикторов УО 48 ч после экстубации Показатель Р0.1 имел очень хорошее качество прогнозирования УО (AUC 0,79; Se 69,2 %; Sp 90,7 %)
Negative Inspiratory Force (NIF)
Bien U.D.S. et al., 2015 [22] 195 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Поперечное Измерение NIF с помощью ИВЛ в режиме PSV спустя 5 мин непосредственно перед ТСД Определение наилучшего предиктора отлучения между NIF и RSBI 48 ч после экстубации NIF оказался наилучшим предиктором УО (AUC 0,93; Se 93 %; Sp 95 %)
Vu P.H. et al.,2020 [23] 64 Пациенты хирургического профиля на длительной ИВЛ Поперечное Измерение NIF с помощью ИВЛ за 5 мин до ТСД Определение порогового значения NIF в качестве предиктора УО 48 ч после экстубации NIF ≤ –25 см вод. ст. показал очень хорошую прогностическую способность в отношении УО (AUC 0,83; Se 91 %; Sp 62 %)
Torrini F. et al., 2021 [24] 26847 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Метаанализ (исследования 1998–2018 гг.) Измерение NIF как с помощью ИВЛ, так и с помощью Т-образной трубки, а также ручным манометром во время или после прохождения ТСД Определение предикторов повторной ИВЛ после прохождения ТСД и экстубации Включены исследования от 24 ч до 7 сут NIF был независимым фактором НУО (ОШ 0,74; 95% ДИ 0,24–1,24)
Тест спонтанного дыхания
Esteban A. et al., 1999 [25] 526 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Проспективное многоцентровое рандомизированное ТСД проходил в режиме дыхания через Т-образную трубку Сравнение 30-минутного ТСД и 120-минутного ТСД на УО длительной ИВЛ 48 ч после экстубации Не было получено статистически значимой разницы в частоте реинтубации в течение 48 ч
Burns K.E.А. et al., 2014 [28] 654 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ более 24 ч Метаанализ (исследования 2006–2013 гг.) Интеллектуальный режим вентиляции инициировал ТСД продолжительностью 30–120 мин. Стандартные методики включали ТСД через Т-образную трубку и PSV в течение 30–60 мин Сравнение автоматизированной системы отлучения SmartCare с неавтоматизированными стратегиями (протокольные и обычные методы) 72 ч после экстубации Автоматизированная методика сокращала время длительной ИВЛ (средняя разница –2,68) и время до успешной экстубации (средняя разница –0,99)
Yi L.-J. et al., 2021 [27] 4241 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ не менее 24 ч Метаанализ (исследования 1991–2020 гг.) 4 метода проведения ТСД: автоматическая компенсация трубки, PSV, CPAP и Т-образная трубка Определение наиболее эффективного и безопасного метода ТСД в отношении УО 48 ч после экстубации Как метод отлучения автоматическая компенсация трубки превосходила в прогнозировании УО Т-образную трубку (ОШ 0,28; 95% ДИ 0,13–0,64) и PSV (ОШ 0,53; 95% ДИ 0,32–0,88)
Liu W. et al.,2022 [29] 64 Пациенты с ХОБЛ на длительной ИВЛ Ретроспективное ТСД проводили в течение 60 мин через Т-образную трубку Оценка прогностической способности ТСД в отношении УО у пациентов с ХОБЛ на длительной ИВЛ 48 ч после экстубации Не было получено разницы в частоте НУО у пациентов, проходивших отлучение с ТСД или без него
Индекс оксигенации (ИО)
Wu Y-K. et al., 2009 [31] 1307 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ более 3 нед. Ретроспективное обсервационное Измерение ИО в первые 24 ч поступления в респираторный центр Оценка прогностической значимости показателей у пациентов на длительной ИВЛ 7 дней самостоятельного дыхания ИО ассоциировался с НУО (ОШ 0,99; 95% ДИ 0,99–1; р = 0,036)
Nemer S.N. et al., 2009[33] 331 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ более 24 ч Проспективное Измерение ИО перед ТСД на ИВЛ Разработка и оценка нового интегративного индекса отлучения длительной ИВЛ 48 ч после экстубации ИО (AUC 0,65; Se 50 %; Sp 67 %) уступал в отношении УО таким предикторам, как Р0.1 и RSBI
Papanikolaou J. et al., 2011 [32] 50 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ более 72 ч Проспективное Измерение ИО перед ТСД на ИВЛ Изучение диастолической дисфункции ЛЖ в прогнозировании отлучения 48 ч после экстубации ИО был значительно ниже в группе с НУО (340 vs 284 мм рт. ст.; p = 0,024)
Compliance, Rate, Oxygenation, Pressure (CROP)
Yang K.L. et al., 1991 [7] 100 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Проспективное Измерение CROP производили перед началом отлучения, но частоту дыхания измеряли в течение 1 мин через Т-образную трубку Разработка и оценка индекса отлучения длительной ИВЛ 24 ч после экстубации Индекс CROP ≥ 13 способен прогнозировать УО (AUC 0,78; Se 81 %; Sp 57 %)
Integrative index weaning (IWI)
Nemer S.N. et al., 2009[33] 331 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ более 24 ч Проспективное Измерение IWI перед ТСД на ИВЛ Разработка и оценка нового интегративного индекса отлучения длительной ИВЛ 48 ч после экстубации Разработанный индекс (IWI ≥ 25 мл/см вод. ст.) оказался наилучшим предиктором УО (AUC 0,96; Se 97 %; Sp 94 %)
Compliance, Oxygenation, Effort (CORE)
Delisle S. et al., 2011 [34] 47 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ более 48 ч Проспективное Измерение CORE перед ТСД на ИВЛ Разработка и оценка нового интегративного индекса в прогнозировании успеха прохождения ТСД 48 ч после экстубации Разработанный индекс (CORE > 8 мл/см вод. ст. × мин) оказался наилучшим предиктором успеха прохождения ТСД (AUC 1,0; Se 100 %; Sp 95 %)
Cough Peak Flow (CPF)
Cottereau G. et al., 2021[38] 233 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ более 48 ч Проспективное многоцентровое Измерение CPF делали до проведения ТСД с помощью спирографа Оценка взаимосвязи между кистевой динамометрией и УО 7 дней самостоятельного дыхания CPF ассоциировался с УО (62 [группа УО] vs 55 л/мин [группа НУО])
Hong Y. et al., 2022 [36] 215 Пациенты с ХОБЛ на длительной ИВЛ более 48 ч Проспективное обсервационное После успешно пройденного ТСД пациентов переводили на дыхание через Т-образную трубку, далее проводилось измерение CPF с помощью спироанализатора Долгосрочная оценка показателя CPF на исходы заболевания Критерии успеха ТСД Показатель PCF ≤ 60 л/мин ассоциировался с более высокой частотой реинтубации в течение 72 ч и снижением двухлетней выживаемости (ОР 3,14; 95% ДИ 1,77–5,59)
Респираторная поддержка после инвазивной ИВЛ
Thille A.W. et al., 2019 [39] 641 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ более 24 ч Многоцентровое рандомизированное контролируемое В первые 48 ч после экстубации пациентам применялась ВПО или комбинация ВПО с НИВЛ Сравнение двух методов респираторной поддержки (ВПО vs ВПО + НИВЛ) в частоте реинтубации 7 дней самостоятельного дыхания Комбинация ВПО и НИВЛ сокращала частоту реинтубации на 7-е сутки (средняя разница –6,4 %; 95% ДИ –12 … –0,9 %; р = 0,02) и до выписки из ОРИТ (12 vs 20 %; р = 0,009)
Arora G. et al., 2023 [40] 60 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ более 48 ч Рандомизированное контролируемое Первая группа — экстубация с последующим переводом на ВПО без применения ТСД. Вторая группа — проведение ТСД по стандартному протоколу Сравнение двух методов отлучения по частоте НОУ, продолжительности пребывания на ИВЛ и в ОРИТ 72 ч после экстубации В группах не было получено разницы в частоте УО (р = 0,64)
Корякин А.Г. и соавт., 2023 [41] 50 Гетерогенная группа с трахеостомой более 48 ч Проспективное открытое когортное Первая группа — стандартная оксигенотерапия, вторая группа — ВПО Сравнение двух методов отлучения по частоте НОУ, продолжительности пребывания на ИВЛ и в ОРИТ 24 ч самостоятельного дыхания По сравнению со стандартной оксигенотерапией у пациентов в группе с ВПО отмечается улучшение оксигенации, уменьшение ЧДД, а также сокращение длительности ИВЛ и пребывания в ОРИТ
Клинико-лабораторные показатели
Wu Y-K. et al., 2009 [31] 1307 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ более 3 нед. Ретроспективное обсервационное Измерение клинико-лабораторных данных в первые 24 ч поступления в респираторный центр Оценка прогностической значимости показателей у пациентов на длительной ИВЛ 7 дней самостоятельного дыхания АМК (ОШ 1,014; 95% ДИ 1,01–1,017; р < 0,001) и уровень сывороточного альбумина (ОШ 0,54; 95% ДИ 0,42–0,68; р < 0,001) ассоциировались с НУО
Datta D. et al., 2016 [44] 167 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ более 3 нед. Ретроспективное Измерение клинико-лабораторных показателей перед попытками отлучения Поиск предикторов УО 7 дней самостоятельного дыхания Общий белок (ОШ 2,55; 95% ДИ 1,08–6; р = 0,03) и гемоглобин (ОШ 1,43; 95% ДИ 1,01–2,03; р = 0,04) оказались статистически значимыми предикторами УО
Konomi I. et al., 2016 [49] 42 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ более 48 ч Проспективное обсервационное Измерение клинико-лабораторных данных до и после двухчасового ТСД через Т-образную трубку Оценка значимости диастолической дисфункции ЛЖ на прогноз отлучения ИВЛ 48 ч после экстубации МНП имел прямую корреляционную связь с выраженностью диастолической дисфункции ЛЖ (r = 0,703; p < 0,001)
Liu J. et al., 2021 [50] 1416 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ более 24 ч Метаанализ (исследования 2006–2016 гг.) Измерение МНП как перед, так и после проведения ТСД Изучение прогностической значимости МНП в качестве предиктора УО 48 ч после экстубации МНП показал отличное качество прогнозирования (AUC 0,951; Se 89 %; Sp 82 %)
Aldabayan Y.S. et al., 2023 [4] 90 Пациенты с ОРДС, вызванным COVID-19 Проспективное обсервационное Измерение клинико-лабораторных показателей перед попытками отлучения Поиск предикторов УО — Уровень сывороточного альбумина (ОШ 1,85; 95% ДИ 1,042–3,285; р = 0,036) и абсолютное количество лимфоцитов (ОШ 1,755; 95% ДИ 1,034–2,979; р = 0,037) являлись предикторами УО
Ультразвуковые показатели
Ait-Oufella H. et al., 2007 [57] 31 Пациенты на ИВЛ более 24 ч Проспективное обсервационное Проведение Эхо-КГ до проведения ТСД и спустя 1 ч самостоятельного дыхания Изучение Эхо-КГ изменений при УО Переносимость самостоятельного дыхания в течение 60 мин Повышенное E/A и снижение DTE ассоциировались с НУО
Caille V. et al., 2010 [56] 117 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Проспективное описательное двухцентровое Проведение Эхо-КГ как до, так и после 30-минутного ТСД через Т-образную трубку Определение предикторов развития сердечной недостаточности при отлучении от ИВЛ 48 ч после экстубации Фракция выброса ЛЖ (p = 0,04), E/E’ (p = 0,038) ассоциировались с НУО
Papanikolaou J. et al., 2011 [32] 50 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Проспективное Проведение Эхо-КГ как до, так и в конце 30-минутного ТСД через Т-образную трубку Изучение роли диастолической дисфункции ЛЖ при отлучении от ИВЛ 48 ч после экстубации Е/Eₘ > 7,8 см/с (AUC 0,86; Se 79 %; Sp 100 %) и E/Vₚ > 1,51 (AUC 0,74; Se 75 %; Sp 73 %) были предикторами НУО
Moschietto S. et al., 2012 [58] 68 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Проспективное обсервационное Проведение Эхо-КГ как до, так и через 10 мин 60-минутного ТСД в режиме PSV Оценка прогностической значимости показателей Эхо-КГ в отношении НУО 48 ч после экстубации E/Ea до проведения ТСД ≥ 12,6 (Se 60 %; Sp 95,8 %) и ≥ 14,5 во время ТСД (Se 75 %; Sp 95,8 %) были предикторами НУО
Liu J. et al., 2016 [55] 283 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Проспективное обсервационное Проведение Эхо-КГ до ТСД, проводимого в течение 1 ч через Т-образную трубку Определение частоты возникновения отека легких с определением предикторов при отлучении от ИВЛ 48 ч после экстубации Показатель E/E’ > 10 см/с ассоциировался с отеком легких при отлучении от ИВЛ
Goudelin M. et al., 2020 [51] 59 Пациенты с ХОБЛ и/или ХСН на длительной ИВЛ Проспективное обсервационное Эхо-КГ выполнялась как до, так и после проведения 30-минутного ТСД через Т-образную трубку Оценка связи левожелудочковой недостаточности и отлучения от ИВЛ 48 ч после экстубации Более высокая скорость волны Е (122 vs 93 см/с; p = 0,017) и более низкий показатель E/A (2,1 vs 0,9, p = 0,001) ассоциировались с развитием отека легких при проведении ТСД
Mahmoodpoor A. et al., 2022 [59] 1114 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ более 24 ч Метаанализ (исследования 2004–2018 гг.) Ультразвуковое исследование диафрагмы проводили как до, так и во время ТСД Оценка прогностической значимости ультразвуковых показателей диафрагмы в качестве предикторов отлучения 48 ч после экстубации DTF < 25 % (AUC 0,93; Se 96 %; Sp 86 %) был наиболее точным предиктором НУО в сравнении c DE (AUC 0,87; Se 79,2 %; Sp 69,4 %)
Parada-Gereda H.M. et al, 2023 [2] 1204 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ более 24 ч Метаанализ (исследования 2016–2022 гг.) Ультразвуковое исследование диафрагмы проводили во время, до или после ТСД Оценка прогностической значимости ультразвуковых показателей диафрагмы в качестве предикторов отлучения 48 ч после экстубации Совместное применение двух ультразвуковых методов (DTF и DE) приводит к улучшению прогностической значимости отлучения (AUC 0,92–0,94; Se 85–94 %; Sp 81–89 %)
Суррогатные методы
Teboul J.-L. et al., 1988 [54] 7 Пациенты с ХОБЛ на длительной ИВЛ Проспективное обсервационное Измерения показателей проводились до и через 15 мин после отключения ИВЛ с помощью катетера Сван-Ганса Оценка функции правого желудочка во время отлучения от длительной ИВЛ 48 ч после экстубации Среднее значение легочной артерии и ДЗЛА значительно увеличивалось после перехода на самостоятельное дыхание (p < 0,05)
Upadya A. et al., 2005 [70] 87 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ более 24 ч Проспективное Гидробаланс измерялся как разница между введенной жидкостью (включая лекарства и кровь) и выделенной жидкостью (моча, дренажи и т. д.). Учитывался баланс за 24, 48 и 72 ч до попытки отлучения, а также кумулятивный баланс с момента госпитализации Изучение взаимосвязи между гидробалансом и отлучением от ИВЛ 72 ч после экстубации Пациенты с отрицательным в первые 24 ч (ОШ 2,9; 95% ДИ 1,1–7,6) и общим (ОШ 3,4; 95% ДИ 1,7–8,7) гидробалансом имели большие шансы на УО
Gnanapandithan K. et al., 2010 [26] 120 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ более 24 ч Рандомизированное контролируемое Измерение SOFA при поступлении в ОРИТ и на момент. Дельта SOFA рассчитана как разница между максимальным значением шкалы за период пребывания в ОРИТ и значением шкалы при поступлении Сравнение двух методов отлучения: постепенное снижением респираторной поддержки и ежедневное применение ТСД 48 ч после экстубации Исходный балл по SOFA являлся независимым предиктором УО (ОШ 0,77; 95% ДИ 0,66–0,91; р < 0,01)
Papanikolaou J. et al., 2011 [32] 50 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Проспективное Гидробаланс измерялся за 3 предыдущих дня до проведения первой попытки ТСД Изучение роли диастолической дисфункции ЛЖ при отлучении от ИВЛ 48 ч после экстубации Гидробаланс за предыдущие 3 дня до первой попытки ТСД не ассоциировался с УО (р = 0,25)
Lago A.F. et al., 2015 [67] 35 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ более 24 ч Проспективное рандомизированное Четырехкратное измерение метаболических показателей в ходе ТСД в режиме PSV Оценка влияния автоматической компенсации трубки на метаболические показатели в ходе проведения ТСД Пациенты с провалом ТСД были исключены из исследования Не получено значимой разницы между VO2 (–1,6 мл/кг/мин [95% ДИ –4,36–1,07; р = 0,23]) и ОО (–5,4 ккал/с [95% ДИ –21,67–10,79; р = 0,5]) в группах с автоматической компенсацией трубки или без нее
Rojek-Jarmula A. et al., 2017 [64] 130 Гетерогенная группа пациентов на длительной ИВЛ Ретроспективное Измерение шкалы APACHE II проводили в первые 24 ч при поступлении в респираторный центр Оценка прогностической способности шкалы APACHE II в качестве предиктора отлучения у пациентов, поступивших в респираторный центр Окончательное отлучение от ИВЛ при выписке Шкала APACHE II не способна предсказать УО (AUC 0,534; 95% ДИ 0,439–0,628; р = 0,65)
Савченко Я.В. и соавт., 2020 [68] 33 Нейрохирургические пациенты на длительной ИВЛ Проспективное Измерение метаболических показателей во время ТСД в течение 120 мин в режиме PSV Оценка динамики изменения основного обмена при снижении давления респираторной поддержки как предиктора переносимости ТСД 30–120 мин после успешного прохождения ТСД Отсутствие повышения основного обмена при снижении уровня респираторной поддержки является высокоспецифичным предиктором успешного прохождения ТСД (Se 44 %; Sp 100 %)
Dos Santos P.A. et al., 2021 [71] 101 Гетерогенная группа пациентов на ИВЛ более 24 ч Проспективное когортное Гидробаланс рассчитывался как разница между введенной жидкостью и объемом выведенной за 48 ч до экстубации и за 48 ч после экстубации Оценка связи между гидробалансом в первые 48 ч после экстубации и НУО 72 ч после экстубации Пациенты с отрицательным гидробалансом более 1 л в первые 48 ч после экстубации имели более низкую частоту НУО (ОШ 4,52; 95% ДИ 1,165–17,59)
Таблица 1. Характеристика исследований, включенных в обзор 95% ДИ — 95%-й доверительный интервал; APACHE II — шкала системы классификации острых функциональных и хронических изменений в состоянии здоровья II; AUC — area under the curve; CPAP — continuous positive airway pressure;  DE — экскурсия диафрагмы;  DTE — время замедления потока наполнения левого желудочка; DTF — фракция утолщения диафрагмы; E/A — отношение максимальной скорости раннего и позднего наполнения трансмитрального кровотока левого желудочка; E/E’ — давление в левом желудочке; E/Ea — соотношение скорости раннего диастолического наполнения к скорости движения митрального кольца; E/Em — соотношение раннего трансмитрального потока к ранней диастолической скорости митрального кольца; PSV — pressure support ventilation; RSBI — rapid shallow breathing index; Se — чувствительность; SOFA — шкала оценки тяжести органной дисфункции; Sp — специфичность; VO2 — потребление кислорода; АМК — азот мочевины крови; ДЗЛА — давление заклинивания легочной артерии; ИВЛ — искусственная вентиляция легких; ЛЖ — левый желудочек; МНП — мозговой натрийуретический пептид; НИВЛ — неинвазивная искусственная вентиляция легких; НУО — неуспех отлучения; ОО — основной обмен; ОР — относительный риск; ОРДС — острый респираторный дистресс-синдром; ОРИТ — отделение реанимации и интенсивной терапии; ОШ — отношение шансов; ТСД — тест спонтанного дыхания; УО — успех отлучения; ХОБЛ — хроническая обструктивная болезнь легких; Эхо-КГ — эхокардиография.
Table 1. Characteristics of studies included in the review 95% CI — 95% confidence interval; APACHE II — acute physiology and chronic health evaluation II; AUC — area under the curve; CPAP — continuous positive airway pressure; DE — diaphragmatic excursion; DTE — left ventricular filling flow deceleration time; DTF — diaphragmatic thickening fraction; E/A — the relation between maximal velocities of left ventricular transmitral flow early and late filling; E/E’ — left ventricular pressure; E/Ea — the ratio of early diastolic filling velocity to mitral ring movement velocity; E/Em — the ratio of early transmitral flow to early mitral ring diastolic velocity; PSV — pressure support ventilation; RSBI — rapid shallow breathing index; Se — sensitivity; SOFA — the sequential organ failure assessment; Sp — specificity; VO2 — oxygen uptake; АМК — blood urea nitrogen; ДЗЛА — pulmonary artery wedge pressure; ИВЛ — mechanical ventilation; ЛЖ — left ventricle; МНП — brain natriuretic peptide; НИВЛ — non-invasive mechanical ventilation; НУО — weaning failure; ОО — basal metabolism; RR — relative risk; ОРДС — acute respiratory distress syndrome; ОРИТ — intensive care unit; OШ — odds ratio; ТСД — spontaneous breathing test; УО — weaning success; ХОБЛ — chronic obstructive pulmonary disease; Эхо-КГ — echo-cardiography.

 

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Disclosure. The authors declare no competing interests.

Вклад авторов. Все авторы в равной степени участвовали в разработке концепции статьи, получении и анализе фактических данных, написании и редактировании текста статьи, проверке и утверждении текста статьи.

Author contribution. All authors according to the ICMJE criteria participated in the development of the concept of the article, obtaining and analyzing factual data, writing and editing the text of the article, checking and approving the text of the article.

Этическое утверждение. Не требуется.

Ethics approval. Not requred.

Информация о финансировании. Авторы заявляют об отсутствии внешнего финансирования при проведении исследования.

Funding source. This study was not supported by any external sources of funding.

Декларация о наличии данных. Данные, подтверждающие выводы этого исследования, можно получить у корреспондирующего автора по обоснованному запросу.

Data Availability Statement. The data that support the findings of this study are available from the corresponding author upon reasonable request.

Библиографические ссылки

  1. Ярошецкий А.И., Грицан А.И., Авдеев С.Н. и др. Острый респираторный дистресс-синдром (у взрослых пациентов). Клинические рекомендации (пересмотр 2025 г.). Вестник интенсивной терапии им. А.И. Салтанова. 2025; 4: 7–68. [Yaroshetskiy A.I., Gritsan A.I., Avdeev S.N., et al. Acute respiratory distress syndrome (adult patients). Clinical guidelines (2025 revision). Annals of Critical Care. 2025; 4: 7–68. (In Russ)] DOI: 10.21320/1818-474X-2025-4-7-68
  2. Parada-Gereda H.M., Tibaduiza A.L., Rico-Mendoza A., et al. Effectiveness of diaphragmatic ultrasound as a predictor of successful weaning from mechanical ventilation: a systematic review and meta-analysis. Crit Care. 2023; 27(1): 174. DOI: 10.1186/s13054-023-04430-9
  3. Papazian L., Klompas M., Luyt C.E. Ventilator-associated pneumonia in adults: a narrative review. Intensive Care Med. 2020; 46(5): 888–906. DOI: 10.1007/s00134-020-05980-0
  4. Aldabayan Y.S., Tolba A.A., Alrajeh A.M., et al. Factors Affecting Mechanical Ventilator Weaning Success and 28-Day Survival Among Patients with Acute Respiratory Distress Syndrome Secondary to COVID-19. SAGE Open Nurs. 2023; 10(9): 23779608231187248. DOI: 10.1177/23779608231187248
  5. Trudzinski F.C., Neetz B., Bornitz F., et al. Risk Factors for Prolonged Mechanical Ventilation and Weaning Failure: A Systematic Review. Respiration. 2022; 101(10): 959–69. DOI: 10.1159/000525604
  6. Boles J.M., Bion J., Connors A., et al. Weaning from mechanical ventilation. Eur Respir J. 2007; 29(5): 1033–56. DOI: 10.1183/09031936.00010206
  7. Yang K.L., Tobin M.J. A prospective study of indexes predicting the outcome of trials of weaning from mechanical ventilation. N Engl J Med. 1991; 324(21): 1445–50. DOI: 10.1056/NEJM199105233242101
  8. Trivedi V., Chaudhuri D., Jinah R., et al. The Usefulness of the Rapid Shallow Breathing Index in Predicting Successful Extubation: A Systematic Review and Meta-analysis. Chest. 2022; 161(1): 97–111. DOI: 10.1016/j.chest.2021.06.030
  9. Karthika M., Al Enezi F.A., Pillai L.V., et al. Rapid shallow breathing index. Ann Thorac Med. 2016; 11(3): 167–76. DOI: 10.4103/1817-1737.176876
  10. Rittayamai N., Ratchaneewong N., Tanomsina P., et al. Validation of rapid shallow breathing index displayed by the ventilator compared to the standard technique in patients with readiness for weaning. BMC Pulm Med. 2021; 21(1): 310. DOI: 10.1186/s12890-021-01680-7
  11. Cousin E., Machado E.A., Ferreira G.D., et al. Relationship of the Rapid Shallow Breathing Index (RSBI) and capnography successfully at weaning. Pulmonology. 2018; 24(5): 307–9. DOI: 10.1016/j.pulmoe.2018.08.002
  12. Segal L.N., Oei E., Oppenheimer B.W., et al. Evolution of pattern of breathing during a spontaneous breathing trial predicts successful extubation. Intensive Care Med. 2010; 36(3): 487–95. DOI: 10.1007/s00134-009-1735-6
  13. Zhang B., Qin Y.Z. Comparison of pressure support ventilation and T-piece in determining rapid shallow breathing index in spontaneous breathing trials. Am J Med Sci. 2014; 348(4): 300–5. DOI: 10.1097/MAJ.0000000000000286
  14. Fadaii A., Amini S.S., Bagheri B., et al. Assessment of rapid shallow breathing index as a predictor for weaning in respiratory care unit. Tanaffos. 2012; 11(3): 28–31.
  15. Goharani R., Vahedian-Azimi A., Galal I.H., et al. A rapid shallow breathing index threshold of 85 best predicts extubation success in chronic obstructive pulmonary disease patients with hypercapnic respiratory failure. J Thorac Dis. 2019; 11(4): 1223–32. DOI: 10.21037/jtd.2019.03.103
  16. Leonov Y., Kisil I., Perlov A., et al. Predictors of successful weaning in patients requiring extremely prolonged mechanical ventilation. Adv Respir Med. 2020; 88(6): 477–84. DOI: 10.5603/ARM.a2020.0151
  17. Alberti A., Gallo F., Fongaro A., et al. P0.1 is a useful parameter in setting the level of pressure support ventilation. Intensive Care Med. 1995; 21(7): 547–53. DOI: 10.1007/BF01700158
  18. Kuhlen R., Mohnhaupt R., Slama K., et al. Validation and clinical application of a continuous P0.1 measurement using standard respiratory equipment. Technol Health Care. 1996; 4(4): 415–24.
  19. He G., Han Y., Zhan Y., et al. The combined use of parasternal intercostal muscle thickening fraction and P0.1 for prediction of weaning outcomes. Heart Lung. 2023; 62: 122–28. DOI: 10.1016/j.hrtlng.2023.07.002
  20. Sato R., Hasegawa D., Hamahata N.T., et al. The predictive value of airway occlusion pressure at 100 msec (P0.1) on successful weaning from mechanical ventilation: A systematic review and meta-analysis. J Crit Care. 2021; 63: 124–32. DOI: 10.1016/j.jcrc.2020.09.030
  21. Jubran A. Advances in respiratory monitoring during mechanical ventilation. Chest. 1999; 116(5): 1416–25. DOI: 10.1378/chest.116.5.1416
  22. Bien U.S., Souza G.F., Campos E.S., et al. Maximum inspiratory pressure and rapid shallow breathing index as predictors of successful ventilator weaning. J Phys Ther Sci. 2015; 27(12): 3723–7. DOI: 10.1589/jpts.27.3723
  23. Vu P.H., Tran V.D., Duong M.C., et al. Predictive value of the negative inspiratory force index as a predictor of weaning success: a crosssectional study. Acute Crit Care. 2020; 35(4): 279–85. DOI: 10.4266/acc.2020.00598
  24. Torrini F., Gendreau S., Morel J., et al. Prediction of extubation outcome in critically ill patients: a systematic review and meta-analysis. Crit Care. 2021; 25(1): 391. DOI: 10.1186/s13054-021-03802-3
  25. Esteban A., Alía I., Tobin M.J., et al. Effect of spontaneous breathing trial duration on outcome of attempts to discontinue mechanical ventilation. Spanish Lung Failure Collaborative Group. Am J Respir Crit Care Med. 1999; 159(2): 512–8. DOI: 10.1164/ajrccm.159.2.9803106
  26. Gnanapandithan K., Agarwal R., Aggarwal A.N., et al. Weaning by gradual pressure support (PS) reduction without an initial spontaneous breathing trial (SBT) versus PS-supported SBT: a pilot study. Rev Port Pneumol. 2011; 17(6): 244–52. DOI: 10.1016/j.rppneu.2011.06.015
  27. Yi L.J., Tian X., Chen M., et al. Comparative Efficacy and Safety of Four Different Spontaneous Breathing Trials for Weaning From Mechanical Ventilation: A Systematic Review and Network Meta-Analysis. Front Med (Lausanne). 2021; 8: 731196. DOI: 10.3389/fmed.2021.731196
  28. Burns K.E., Lellouche F., Nisenbaum R., et al. Automated weaning and SBT systems versus non-automated weaning strategies for weaning time in invasively ventilated critically ill adults. Cochrane Database Syst Rev. 2014; 9: CD008638. DOI: 10.1002/14651858.CD008638.pub2
  29. Liu W., Guo H., Wang J., et al. Effect of spontaneous breathing trial on extubation in patients with acute exacerbation of chronic obstructive pulmonary disease under mechanical ventilation. BMC Emerg Med. 2022; 22(1): 112. DOI: 10.1186/s12873-022-00672-y
  30. Xie K., Guan S., Kong X., et al. Predictors of mortality in severe pneumonia patients: a systematic review and meta-analysis. Syst Rev. 2024; 13(1): 210. DOI: 10.1186/s13643-024-02621-1
  31. Wu Y.K., Kao K.C., Hsu K.H., et al. Predictors of successful weaning from prolonged mechanical ventilation in Taiwan. Respir Med. 2009; 103(8): 1189–95. DOI: 10.1016/j.rmed.2009.02.005
  32. Papanikolaou J., Makris D., Saranteas T., et al. New insights into weaning from mechanical ventilation: left ventricular diastolic dysfunction is a key player. Intensive Care Med. 2011; 37(12): 1976–85. DOI: 10.1007/s00134-011-2368-0
  33. Nemer S.N., Barbas C.S., Caldeira J.B., et al. A new integrative weaning index of discontinuation from mechanical ventilation. Crit Care. 2009; 13(5): R152. DOI: 10.1186/cc8051
  34. Delisle S., Francoeur M., Albert M., et al. Preliminary evaluation of a new index to predict the outcome of a spontaneous breathing trial. Respir Care. 2011; 56(10): 1500–5. DOI: 10.4187/respcare.00768
  35. de Jonghe B., Lacherade J.C., Sharshar T., et al. Intensive care unit-acquired weakness: risk factors and prevention. Crit Care Med. 2009; 37(10): S309–15. DOI: 10.1097/CCM.0b013e3181b6e64c
  36. Hong Y., Deng M., Hu W., et al. Weak cough is associated with increased mortality in COPD patients with scheduled extubation: a two-year follow-up study. Respir Res. 2022; 23(1): 166. DOI: 10.1186/s12931-022-02084-9
  37. Winck J.C., LeBlanc C., Soto J.L., et al. The value of cough peak flow measurements in the assessment of extubation or decannulation readiness. Rev Port Pneumol. 2015; 21(2): 94–8. DOI: 10.1016/j.rppnen.2014.12.002
  38. Cottereau G., Messika J., Megarbane B., et al. B. Handgrip strength to predict extubation outcome: a prospective multicenter trial. Ann Intensive Care. 2021; 11(1): 144. DOI: 10.1186/s13613-021-00932-3
  39. Thille A.W., Muller G., Gacouin A., et al. Effect of Postextubation High-Flow Nasal Oxygen With Noninvasive Ventilation vs High-Flow Nasal Oxygen Alone on Reintubation Among Patients at High Risk of Extubation Failure: A Randomized Clinical Trial. JAMA. 2019; 322(15): 1465–75. DOI: 10.1001/jama.2019.14901
  40. Arora G., Arshad Z., Prakash R., et al. High-Flow Nasal Cannula as an Alternate Weaning Strategy: A Randomized Controlled Trial. Cureus. 2023;15(3): e36511. DOI: 10.7759/cureus.36511
  41. Корякин А.Г., Власенко А.В., Евдокимов Е.А. и др. Высокопоточная оксигенотерапия при отлучении от респиратора пациентов-канюленосителей. Медицинский алфавит. 2023; 6: 39–49. [Koryakin A.G., Vlasenko A.V., Evdokimov E.A., et al. High-flow oxygen therapy for ventilator weaning patients with tracheostomy cannula. Medical alphabet. 2023; 6: 39–49. (In Russ)] DOI: 10.336 67/2078-5631-2023-6-39-49
  42. Сивков А.О., Лейдерман И.Н., Сивков О.Г. Маркеры нутритивной недостаточности — предикторы неблагоприятного клинического исхода у пациентов в критическом состоянии на длительной искусственной вентиляции легких. Анестезиология и реаниматология. 2022; 6: 52–7. [Sivkov A.O., Leyderman I.N., Sivkov O.G. Malnutrition markers as negative outcome predictors in critically ill patients undergoing prolonged mechanical ventilation. Russian Journal of Anaesthesiology and Reanimatology = Anesteziologiya i Reanimatologiya. 2022; 6: 52–7. (In Russ)] DOI: 10.17116/anaesthesiology202206152
  43. Doley J., Mallampalli A., Sandberg M. Nutrition management for the patient requiring prolonged mechanical ventilation. Nutr Clin Pract. 2011; 26(3): 232–41. DOI: 10.1177/0884533611405536
  44. Datta D., Foley R., Wu R., et al. Can Creatinine Height Index Predict Weaning and Survival Outcomes in Patients on Prolonged Mechanical Ventilation After Critical Illness? J Intensive Care Med. 2018; 33(2): 104–10. DOI: 10.1177/0885066616648133
  45. Li W., Zhang Y., Wang Z., et al. The risk factors of reintubation in intensive care unit patients on mechanical ventilation: A systematic review and meta-analysis. Intensive Crit Care Nurs. 2023; 74: 103340. DOI: 10.1016/j.iccn.2022.103340
  46. Wu Y.K., Tsai Y.H., Lan C.C., et al. Prolonged mechanical ventilation in a respiratory-care setting: a comparison of outcome between tracheostomized and translaryngeal intubated patients. Crit Care. 2010; 14(2): R26. DOI: 10.1186/cc8890
  47. Boomsma F., van den Meiracker A.H. Plasma A- and B-type natriuretic peptides: physiology, methodology and clinical use. Cardiovasc Res. 2001; 51(3): 442–9. DOI: 10.1016/s0008-6363(01)00195-x
  48. Silver M.A., Maisel A., Yancy C.W., et al. BNP Consensus Panel. BNP Consensus Panel 2004: A clinical approach for the diagnostic, prognostic, screening, treatment monitoring, and therapeutic roles of natriuretic peptides in cardiovascular diseases. Congest Heart Fail. 2004; 10(5): 1–30. DOI: 10.1111/j.1527-5299.2004.03271.x
  49. Konomi I., Tasoulis A., Kaltsi I., et al. Left ventricular diastolic dysfunction–an independent risk factor for weaning failure from mechanical ventilation. Anaesth Intensive Care. 2016; 44(4): 466–73. DOI: 10.1177/0310057X1604400408
  50. Liu J., Wang C.J., Ran J.H., et al. The predictive value of brain natriuretic peptide or N-terminal pro-brain natriuretic peptide for weaning outcome in mechanical ventilation patients: Evidence from SROC. J Renin Angiotensin Aldosterone Syst. 2021; 22(1): 1470320321999497. DOI: 10.1177/1470320321999497
  51. Goudelin M., Champy P., Amiel J.B., et al. Left ventricular overloading identified by critical care echocardiography is key in weaning-induced pulmonary edema. Intensive Care Med. 2020; 46(7): 1371–81. DOI: 10.1007/s00134-020-06061-y
  52. Vignon P. Cardiopulmonary interactions during ventilator weaning. Front Physiol. 2023; 14: 1275100. DOI: 10.3389/fphys.2023.1275100
  53. Lemaire F., Teboul J.L., Cinotti L., et al. Acute left ventricular dysfunction during unsuccessful weaning from mechanical ventilation. Anesthesiology. 1988; 69(2): 171–9. DOI: 10.1097/00000542-198808000-00004
  54. Teboul J.L., Abrouk F., Lemaire F., et al. Right ventricular function in COPD patients during weaning from mechanical ventilation. Intensive Care Med. 1988; 14: 483–5. DOI: 10.1007/BF00256965
  55. Liu J., Shen F., Teboul J.L., et al. Cardiac dysfunction induced by weaning from mechanical ventilation: incidence, risk factors, and effects of fluid removal. Crit Care. 2016; 20(1): 369. DOI: 10.1186/s13054-016-1533-9
  56. Caille V., Amiel J.B., Charron C., et al. Echocardiography: a help in the weaning process. Crit Care. 2010; 14(3): R120. DOI: 10.1186/cc9076
  57. Ait-Oufella H, Tharaux P.L., Baudel J.L., et al. Variation in natriuretic peptides and mitral flow indexes during successful ventilatory weaning: a preliminary study. Intensive Care Med. 2007 Jul; 33(7): 1183–6. DOI: 10.1007/s00134-007-0627-x
  58. Moschietto S., Doyen D., Grech L., et al. Transthoracic Echocardiography with Doppler Tissue Imaging predicts weaning failure from mechanical ventilation: evolution of the left ventricle relaxation rate during a spontaneous breathing trial is the key factor in weaning outcome. Crit Care. 2012; 16(3): R81. DOI: 10.1186/cc11339
  59. Mahmoodpoor A., Fouladi S., Ramouz A. Diaphragm ultrasound to predict weaning outcome: systematic review and meta-analysis. Anaesthesiol Intensive Ther. 2022; 54(2): 164–74. DOI: 10.5114/ait.2022.117273
  60. Cabrera L.A., Correa M.A., Herrera V.C., et al. Towards better mortality prediction in cancer patients in the ICU: a comparative analysis of prognostic scales: systematic literature review. Med Intensiva (Engl Ed). 2024; 48(12): e30–e40. DOI: 10.1016/j.medine.2024.07.009
  61. Yang Y., Wang Q., Yu Z. Prognostic Factors of Severe Pneumonia in Adult Patients: A Systematic Review. Altern Ther Health Med. 2024; 30(5): 80–9.
  62. Baptistella A.R., Sarmento F.J., da Silva K.R., et al. Predictive factors of weaning from mechanical ventilation and extubation outcome: A systematic review. J Crit Care. 2018; 48: 56–62. DOI: 10.1016/j.jcrc.2018.08.023
  63. McConville J.F., Kress J.P. Weaning patients from the ventilator. N Engl J Med. 2012; 367(23): 2233–9. DOI: 10.1056/NEJMra1203367
  64. Rojek-Jarmuła A., Hombach R., Krzych Ł.J. APACHE II score cannot predict successful weaning from prolonged mechanical ventilation. Chron Respir Dis. 2017 Aug; 14(3): 270–5. DOI: 10.1177/1479972316687100
  65. Pei P. Evaluation of Sequential Organ Failure Assessment (SOFA) on Weaning from Mechanical Ventilation [dissertation]. China Medical University (Emergency Medicine); 2010.
  66. Jenkins T.O., MacBean V., Poulsen M.K., et al. The metabolic cost of inspiratory muscle training in mechanically ventilated patients in critical care. Intensive Care Med Exp. 2023; 11(1): 41. DOI: 10.1186/s40635-023-00522-6
  67. Lago A.F., Goncalves E.C., Silva E.C., et al. Comparison of Energy Expenditure and Oxygen Consumption of Spontaneous Breathing Trial Conducted With and Without Automatic Tube Compensation. J Clin Med Res. 2015; 7(9): 700–5. DOI: 10.14740/jocmr2250w
  68. Савченко Я.В., Горячев А.С., Савин И.А. и др. Изменение энергетических затрат при снижении давления поддержки как предиктор успешного прохождения теста спонтанного дыхания. Вестник анестезиологии и реаниматологии. 2020; 17(3): 24–31. [Savchenko Ya.V., Goryachev А.S., Savin I.А., et al. Changes in energy expenditures while reducing pressure support as a predictor of successful spontaneous breathing trial. Messenger of Anesthesiology and Resuscitation. 2020; 17(3): 24–31. (In Russ)] DOI: 10.21292/2078-5658-2020-17-3-24-31
  69. Gavelli F., Shi R., Teboul J.L. et al. Extravascular lung water levels are associated with mortality: a systematic review and meta-analysis. Crit Care. 2022; 26(1): 202. DOI: 10.1186/s13054-022-04061-6
  70. Upadya A., Tilluckdharry L., Muralidharan V., et al. Fluid balance and weaning outcomes. Intensive Care Med. 2005; 31(12): 1643–7. DOI: 10.1007/s00134-005-2801-3
  71. Santos P.A.D., Ribas A., Quadros T.C.C., et al. Postextubation fluid balance is associated with extubation failure: a cohort study. Rev Bras Ter Intensiva. 2021; 33(3): 422–7. DOI: 10.5935/0103-507X.20210057
Лицензия Creative Commons

Это произведение доступно по лицензии Creative Commons «Attribution-NonCommercial-ShareAlike» («Атрибуция — Некоммерческое использование — На тех же условиях») 4.0 Всемирная.

Copyright (c) 2026 Вестник интенсивной терапии имени А.И. Салтанова

Наиболее читаемые статьи этого автора (авторов)

1 2 > >>